Пробки



Странички прошлой жизни. 24. Как это будет

28.04.2022, 10:00

Болящим в утешение.

Родственнику прописали операцию на сердце, и его жену, детей и внуков накрыло тучей. А особенно накрыло его.

Ему повторяли: не волнуйся, все будет хорошо! Но он знал, что жена иногда плачет по ночам, и туча не уходила.

Он стал нервным, похудел и жаловался, что пальцы стали дрожать, как у глубокого старика – а он ведь еще не глубокий! И говорил жене, что ему надо бы уйти позже ее, иначе как она выживет на свою жалкую пенсию домохозяйки? Она обиделась: что это ты меня на тот свет провожаешь? Не хочу я; у нас с внуками любовь до гроба, и я хочу еще помогать им со школой и вообще.

Ага, до гроба, сказал он.

А потом старый приятель рассказал ему, как попал в тяжелое ДТП. И увидел это будто со стороны и сверху: две разбитые в хлам машины, скорая, экипажи ГАИ, суетящиеся люди…

А мне так хорошо! – сказал приятель. И знаю я откуда-то, что ничего плохого ни со мной, ни с моей семьей не случится – не за что нас особенно карать небесам.

А потом пришлось вернуться – и больно же, блин! Хотя и знал я уже, что никакой боли выше человеческих возможностей не бывает. Зато появилось в душе нечто новое: раз вернули меня, значит, так надо во благо мне и близким.

Чего тебе переживать-то? Дадут снотворное перед операцией, уснешь, а дальше не твоего ума дело, куда тебя небеса определят. Я вот живу себе, и все нормально. Но не против, чтоб тогда я так и остался где-то сбоку и сверху, купаясь в блаженном покое. Да и теперь знаю, чем все кончится: мне опять станет удивительно хорошо.

Разговор этот произвел на родственника сильное впечатление. Он оправился от невроза и бессонницы, и пальцы его перестали дрожать; он даже начал слегка поправляться, хотя прежнего веса не достиг. Даже радовался, что похудел: сбылась вековая мечта всех толстых!

Перед операцией он сам уже уговаривал близких, чтоб не нервничали: все будет хорошо, не сомневайтесь.

Так все и вышло: он сам мне все это рассказал.

Нет, не будет мелких и тяжких болезней, никаких агоний, уток, мерзких запахов по всей квартире, пузырьков и таблеток на столике у постели, подгузников, покорной вежливости взрослых сына и дочки, у которых свои семьи и проблемы, и их разговоров шепотом в соседней комнате.

Я помню, как в доме друга моего детства жила парализованная его тетка, и липкий страх перед ее пещеркой, отгороженной шкафом. Или другой старик из чьей-то жизни: за ним ухаживали, как за младенцем, а он называл родных чужими именами из своей рассыхающейся памяти и все порывался уехать в деревню своего детства – в трико и тапках. Седая щетина, трясущиеся пальцы и колени, слюна на подбородке и, конечно, запахи; это длилось долго, и его дочь с мужем не могли куда-нибудь сходить надолго или гостей пригласить; разве что мальчишка забежит к внуку и постарается поскорее удрать от могильной ауры на воздух.

Нет, все будет иначе. Вот как.

Я пришел с четырьмя своими внуками-погодками купаться, и почему-то оказались мы на берегу речки моего детства. Малышня сначала бросала в воду кусочки булки, и стайки рыбешек устраивали им пляски, а потом с криками и визгом плескалась в девственной воде, а я сидел на небольшом обрыве над пляжем, пропитываясь движением родной реки в обрамлении камыша, кувшинок и лилий и древним лесом на другом берегу.

Вдруг я почувствовал кресло под собой и плед на коленях, а цвет воды и неба странно изменился. Я догадался, в чем дело, и подумал, что если б не было внуков, рядом мог бы соткаться из воздуха столик, рюмка коньяка и последняя сигарета.

Страха не было. Я позвал малышню, и вскоре они собрались возле кресла. Мне пора, ребята, сказал я. Зовут туда – и показал пальцем вверх.

Света, старшая, сразу все поняла и растерялась. А мальчишки удивились, что это за кресло, и откуда оно взялось. Никита залез под него и стал щипать мою ногу, изображая щенка, Сережка забрался ко мне на колени и сказал:

 Пошли с нами купаться! Знаешь, как классно!

А младшая, Машутка, насупилась и спряталась за кресло, и я не знал, поняла она или нет.

 Я не хочу,  сказала Света.  Нет. Мы тебя не отпускаем.

 Светочка, фея моя мультяшная, это от нас не зависит. Все решено, и теперь мы встретимся уже там.

Она смотрела вверх и молчала.

 Там нас любят,  сказал я. – Все хорошо. Идите, купайтесь.

 Нет, я тебя не пущу. Пусть там подождут.

 Не обсуждается! – нахмурился я. – Все, идите. Мне приятно будет напоследок смотреть на вас, радостных. Нечего здесь толпиться. Ты старшая, уведи своих братишек и сестру.

Я оглянулся на младшую. Маша сказала твердо:

 Я с дедушкой. Нет, я с дедушкой.

Она отвернулась, и плечики ее чуть вздрагивали.

 Маша! – прикрикнула на нее Света. – Не мешай дедушке, ему и так тяжело. Пошли купаться!

 Нет, Свет, не тяжело,  возразил я. – могло быть в тысячу раз хуже. А мне вот с комфортом.

 Ты хороший, деда,  сказал Сережка и погладил меня по руке.

А Никита спросил:

 Дедушка, а ты нас собой возьмешь?

 Нет, малыш, у вас целая жизнь впереди, огромная. Это ж интересно! Знаешь, сколько всего у вас будет? Рано вам туда. А мне пришла пора пойти вперед, и потом я вас там встречу. Как на разведку.

 Долго слишком,  сказал Никита. – Мы тоже хотим. На разведку.

 Да ну, долго! Не успеешь оглянуться. Раз – и ты уже взрослый. Два – и у тебя уже свои детишки. Три – ты уже дедушка. Просто сейчас у вас время медленное. Я же помню: в детстве за один день столько всего происходит! Ваш день – он как неделя у взрослых. А то и месяц.

 Целый месяц? Ого! – сказал Сережка.

 Да. Так вот, я вам напоследок дам один завет, а вы его запомните. Хорошо?

 Да,  сказала Света. – А что такое завет?

 Ну, это как главное правило в жизни. Будете его исполнять, и все у вас будет хорошо. Самое важное, конечно,  поступать с другими так, как хотите, чтоб поступали с вами. Всегда! Все, что вы делаете, непременно к вам возвращается  и хорошее, и плохое. Никому не известно, когда и откуда, но возвращается обязательно. А второе вот что. Когда вы станете большими, и у вас будут свои дети, поласковее с ними. А то взрослые вечно заняты своими проблемами, а детские кажутся им глупостями и пустяками. Они ошибаются.

Все четверо слушали молча, хотя энергии у каждого – на электростанцию хватит.

 На самом деле,  сказал я,  дети – это ангелы. Души у них чистые. Они легко прощают обиды, всегда готовы к игре и радости, а знакомятся легко: тебя как зовут? Света. А меня Таня. Давай с тобой дружить! Давай. И дружат. Все так просто! А у взрослых все с трудом. Хотя они всю жизнь с удовольствием вспоминают детство. Но и вы тоже станете меняться, из радостных и беззаботных будете становиться сердитыми и озабоченными…

 Как папа?

 Ну, отчасти. Он же не всегда сердит. Так вот, некоторые взрослые со временем понимают, что дружба с детишками важнее их работы и прочих хлопот, из-за которых они слишком много переживают. Правда, бывает уже поздно. Поэтому запомните, дорогие мои: когда станете мамами и папами, дружите с ними, ладно?

– Как вы с бабушкой?

 Ну, мы тоже не ангелы. Устаем, болеем, раздражаемся иногда. Но вы для нас – самое главное в жизни. И самое лучшее. Ну, запомните про бумеранг?

 Что такое бумеранг? – спросил Никита.

 Это такое оружие у аборигенов, которое бросают в дичь, и оно возвращается к ним. Стоп! Не надо спрашивать про аборигенов, Сереж, а то мы до вечера будем разговаривать. А меня ждут. Все, дорогая моя малышня, идите купаться. Иди, Машутка, иди. Все будет хорошо. Или ты больше не веришь деду?

Маша стала спускаться к речке, опустив голову. Она не оборачивалась. Света взяла мальчишек за руки, и они тоже пошли по крутой тропинке вниз. Сережка вырвался и побежал по склону, рискуя шмякнуться. Уже внизу Света обернулась и, улыбаясь, стала махать мне рукой. Мальчишки тоже махали, радостно подпрыгивая, и кричали:

 Пока, деда, пока!

 Пока,  помахал я им рукой. – Увидимся!

А дальше… Дальше я растаю и растворюсь, стану влажным и невесомым и буду плыть все выше, к облакам. Надо же, столько раз мне мечталось поплавать среди этих бесплотных айсбергов, и вот, сбылось. Это будет покой и блаженство, и только легкое беспокойство останется во мне, оно копится без мыслей и сожалений, и, когда станет невмоготу, я прольюсь с дождем на уютную землю, на траву, на теплый асфальт, и малышня моя побежит по лужам босиком, шлепая и брызгая, и никто не догадается, что я – здесь.

d3d0be65fe29aabf00721bd5f2d022a8.jpg

Конец

Предисловие автора

Странички прошлой жизни. 1. Чем пахнет детство.

Странички прошлой жизни. 2. Про ерша.

Странички прошлой жизни. 3. Когда мы были бессмертными

Странички прошлой жизни. 4. Грешные дети

Странички прошлой жизни. 5. Поединок

Странички прошлой жизни. 6. На память разводящимся

Странички прошлой жизни. 7. Рок-музыка на Домостроителей

Странички прошлой жизни. 8. Под стук колес и барабанов

Странички прошлой жизни. 9. А ты подписался добровольцем?

Странички прошлой жизни. 10. Сальвадор Дали и мясо

Странички прошлой жизни. 11. Секретики промышленной безопасности

Странички прошлой жизни. 12. Не думай о ремонтах свысока

Странички прошлой жизни. 13. Йена, парадоксов друг

Странички прошлой жизни. 14. Вырезка для инженера

Странички прошлой жизни. 15. У меня была «копейка», я ее любил

Странички прошлой жизни. 16. Спаниель и его семья

Странички прошлой жизни. 17. Знал бы прикуп – ехал в Сочи

Странички прошлой жизни. 18. Охота за орхидеей

Странички прошлой жизни. 19. Гонка по вертикали

Странички прошлой жизни. 20. Жизнь невпопад

Странички прошлой жизни. 21. Рыбалка на Дону

Странички прошлой жизни. 22. Ожидание чудес

Странички прошлой жизни . 23. Устаревший аргумент



Автор: Александр Ягодкин
Смотреть все статьи
Читайте также:
Воронежские специалисты оценили вероятность появления холеры в регионе
Подробно


Странички прошлой жизни. 21. Рыбалка на Дону
Чтобы попасть на Дон детства, надо сесть на старый автобус, уходящий с воронежского автовокзала на юг, и долго ехать в нем по колдобинам. В том автобусе всегда было полно народу, и все со всеми здоровались. 
25.04.2022 12:00.