Пробки



Фронтовой врач из Воронежа в 98 лет пробегает ежедневно по 3-4 км

21.06.2016, 11:46
Маленькая уютная квартирка с высокими окнами и приятным ароматным чаем на столе. Здесь меня ждали. Татьяна Журина в свои почти 98 лет не унывает и может дать фору молодежи – ежедневная пробежка, приседания, гимнастика: все нужно для того, чтобы военная выправка не потерялась.

Военный врач-хирург должен не просто профессионально выполнять свою работу, но и быть выносливым и смелым наравне с бойцом спецназа – ведь раненых с поля боя часто на собственный страх и риск приходится выносить на себе. Как не нарушить клятву Гиппократа на фронтовом побоище? 

Роковой 41-й 


– Я помню 1939 год. Тогда я училась в Куйбышеве (сейчас Самара) в военно-медицинской академии. Жизнь шла, как говорится, своим чередом. Но стали появляться слухи о войне. И с каждым разом они были настойчивее, – рассказывает Татьяна Алексеевна. – Люди из Высшей партийной школы ЦК партии докладывали Сталину о возможной войне, а он упорно не верил им. Подписанному между Германией и СССР пакту о ненападении мы уже не доверяли. Предчувствовали… 

Тем не менее, когда началась война, это стало полной неожиданностью для юной Танечки. Тогда она закончила только 4 курс академии и засобиралась на отдых в Грузию. Пошла в профсоюз за путевкой и здесь услышала страшное известие о войне – 22 июня по радио объявили всеобщую мобилизацию. 

– Началась война, к которой мы не были готовы. Конечно, об отдыхе пришлось забыть. Нашу роту – почти сто человек – выстроили перед руководством и спросили: «Кто добровольцем на фронт?» «Боялись все, но все шагнули вперед», – говорит Татьяна Алексеевна, теребя в руках старые фотографии и называя юных девчонок и парней поименно. 

Экзамен на фронт


Они пошли бороться за родную землю, за слезы матерей, за украденное детское счастье. К занятиям за 5 курс приступили экстренно: упор делали на военно-полевую хирургию и травматологию. Было понятно – после «полевых» тренировок с полной выкладкой они отправятся в действующую армию. Тут было непросто: вчерашним пацанам и девчонкам приходилось пробегать многокилометровые кроссы в полном обмундировании под палящим солнцем, они тащили на себе аптечки, фляжки, противогазы – на тот случай, если враг применит химическое оружие, иногда обозы с ранеными.

БАБУШКА-ХИРУРГ в МОЛОДОСТИ.JPG

Татьяна Алексеевна справилась с полевым экзаменом на «отлично». Даже мозолей на ногах не натерла, умела портянки наматывать. Говорит, из-за мозолей тогда экзамен не ставили – с потертыми больными ногами на фронте долго не протянешь, поэтому учили беречь ноги. Для Татьяны Журиной эти кроссы, которые устраивали будущим докторам в академии, не представляли особых трудностей – тогда она была почти единственной девушкой в академии, и могла дать фору любому. 

– Уже в конце августа нас отправили на фронт. Меня назначили на должность врача-хирурга 459 медсанбата 369-й стрелковой дивизии 29 армии. В ноябре 41-го наша дивизия прибыла на Калининский фронт, и через месяц начались ожесточенные бои за Ржев, – вспоминает Журина. 

Выживали как могли


Битва за Ржев является одним из самых кровопролитных сражений за всю историю Великой Отечественной войны. В боях полегли более 800 тысяч человек, раненых было около миллиона. 30-градусный мороз, голод, нехватка лекарств – свой профессиональный долг Татьяне Алексеевне приходилось выполнять буквально на коленках. Не хватало ничего. 

– Было очень больно осознавать, что из-за всех этих факторов твоя помощь не столь эффективна. Оснащение медсанбата было очень бедным. Постоянно не хватало всего самого необходимого – перевязочных средств, медикаментов, хирургических инструментов. Мы даже оперировали при свете карманного фонарика или даже при свечах.

Помощи солдаты ждали, лежа в холодном помещении, сидя друг на друге, потому что комнатка медсанбата была всегда переполнена ранеными. Доктора же валились с ног, работая по 18-20 часов. Многие падали без сил прямо у операционного стола. Спали по нескольку часов и только тогда, когда начальник говорил свое одобрительное «можно». 

– Когда нам разрешали отдохнуть, мы шли и ложились в этом же холоде. И не всегда была возможность отгородиться хотя бы ширмой, – вспоминает Татьяна Алексеевна. 

Но самые страшные воспоминания у врача-хирурга связаны с операциями под открытым небом: вражеские самолеты над головой, снаряды взрываются со всех сторон, а врачу нужно не спасовать и быстро оказать помощь – под бомбежкой даже минута решает многое. 

– Отдых чуть больше трех часов считался роскошью. Но мы о нем и не думали, когда оказались в окружении. Это было 10 января 42-го. Немцы ударили по тылам, и мы оказались в плотном кольце окружения. Наш медсанбат располагался в деревне Быково, недалеко от леса. Разрозненные остатки дивизии пробирались через лесные массивы ночью, руководство дало команду на отступление. Немцы поняли это, поэтому непрерывно бомбили, – продолжает Татьяна Журина.  

– Татьяна Алексеевна, а каково это - выходить из окружения с ранеными? – спрашиваю я. 

– Это очень тяжело. Ведь ты несешь ответственность не только за себя, но и за сотни солдатских жизней. Мы ночевали где придется, рыли окопы в мерзлой земле, чтобы хоть как-то обезопасить себя и их. Рвали на себе одежду, чтобы перевязать бойцам раны. Сами ели подкопченную кожу убитых лошадей, а им отдавали мясо. Ловили голубей. Больше 14 тысяч наших братьев полегли в этой битве. Те, кто вернулся, говорили, что это случайность, чудо, – не сдерживая слез, говорит врач-хирург, на руках у которой люди погибали десятками от невозможности залечить рану из-за отсутствия медикаментов, из-за холода или голода – причин, далеко не всегда зависящих от врача. А это, по словам Татьяны Алексеевны, особенно тяжело – ты смотришь, а помочь не можешь. 

Победные залпы 


Татьяна Алексеевна почти до самого завершения войны проработала в разных частях и дивизиях, переводы были довольно частыми. Но потом она забеременела и ушла с фронта. Несколько месяцев спустя узнала о долгожданной победе. 

– Это, конечно, была огромная радость. Мы плакали, настолько это было волнительно, долгожданно… Сегодня чтят память о нашей победе в жестокой войне – залпы салютов, поздравления. Это все очень приятно. Но я грущу в этот день. Я вспоминаю своих товарищей, – объясняет тревогу собеседница.

После войны Татьяна Алексеевна переехала в Воронеж и проработала здесь заместителем главного врача в 18-й городской больнице 38 лет. И только недавно она уехала в более спокойный и размеренный Нововоронеж. Здесь она продолжает занятия спортом, постоянно ходит на культурные и спортивные праздники. Даже мотогонки на железных конях Журина не против посмотреть, ведь когда-то и сама мечтала о правах на двухколесный. Но экзамен не сдала. Однако поклонницей экстремального спорта она остается и сейчас. 

Ежедневно Татьяна Алексеевна пробегает по 3-4 километра, делает зарядку и приседает не менее 100 раз! Говорит, что нужно жить, пока есть для кого. Скоро у Татьяны Журиной правнучка выходит замуж, и она очень радуется этому событию.


Фото автора

Автор: Ирина Лазарева
Смотреть все статьи
Читайте также:
В Воронежской области поймали рекордное число пьяных водителей
Подробно


Мэрия Воронежа предложила бизнесменам найти для медиафасада другое здание
Управление главного архитектора администрации города рассмотрело обращение инициатора установки медиафасада на здании кинотеатра «Пролетарий», в ближайшее время разъяснения и позиция профильного структурного подразделения мэрии будут направлены в адрес компании, сообщили в пресс-службе мэрии.
сегодня, 12:28.
На 80-м году скончался многолетний директор «Воронежгорэлектротранса» Олег Плаксин
На 80-м году жизни не стало в Воронеже многолетнего директора МУП «Воронежгорэлектротранс», депутата Воронежской городской Думы Олега Плаксина. Этой печальной новостью поделилась пресс-служба правительства Воронежской области.
сегодня, 11:52.

Все материалы автора в рубрике "Общество"