Пробки



Фронтовой врач из Воронежа в 98 лет пробегает ежедневно по 3-4 км

21.06.2016, 11:46
Маленькая уютная квартирка с высокими окнами и приятным ароматным чаем на столе. Здесь меня ждали. Татьяна Журина в свои почти 98 лет не унывает и может дать фору молодежи – ежедневная пробежка, приседания, гимнастика: все нужно для того, чтобы военная выправка не потерялась.

Военный врач-хирург должен не просто профессионально выполнять свою работу, но и быть выносливым и смелым наравне с бойцом спецназа – ведь раненых с поля боя часто на собственный страх и риск приходится выносить на себе. Как не нарушить клятву Гиппократа на фронтовом побоище? 

Роковой 41-й 


– Я помню 1939 год. Тогда я училась в Куйбышеве (сейчас Самара) в военно-медицинской академии. Жизнь шла, как говорится, своим чередом. Но стали появляться слухи о войне. И с каждым разом они были настойчивее, – рассказывает Татьяна Алексеевна. – Люди из Высшей партийной школы ЦК партии докладывали Сталину о возможной войне, а он упорно не верил им. Подписанному между Германией и СССР пакту о ненападении мы уже не доверяли. Предчувствовали… 

Тем не менее, когда началась война, это стало полной неожиданностью для юной Танечки. Тогда она закончила только 4 курс академии и засобиралась на отдых в Грузию. Пошла в профсоюз за путевкой и здесь услышала страшное известие о войне – 22 июня по радио объявили всеобщую мобилизацию. 

– Началась война, к которой мы не были готовы. Конечно, об отдыхе пришлось забыть. Нашу роту – почти сто человек – выстроили перед руководством и спросили: «Кто добровольцем на фронт?» «Боялись все, но все шагнули вперед», – говорит Татьяна Алексеевна, теребя в руках старые фотографии и называя юных девчонок и парней поименно. 

Экзамен на фронт


Они пошли бороться за родную землю, за слезы матерей, за украденное детское счастье. К занятиям за 5 курс приступили экстренно: упор делали на военно-полевую хирургию и травматологию. Было понятно – после «полевых» тренировок с полной выкладкой они отправятся в действующую армию. Тут было непросто: вчерашним пацанам и девчонкам приходилось пробегать многокилометровые кроссы в полном обмундировании под палящим солнцем, они тащили на себе аптечки, фляжки, противогазы – на тот случай, если враг применит химическое оружие, иногда обозы с ранеными.

БАБУШКА-ХИРУРГ в МОЛОДОСТИ.JPG

Татьяна Алексеевна справилась с полевым экзаменом на «отлично». Даже мозолей на ногах не натерла, умела портянки наматывать. Говорит, из-за мозолей тогда экзамен не ставили – с потертыми больными ногами на фронте долго не протянешь, поэтому учили беречь ноги. Для Татьяны Журиной эти кроссы, которые устраивали будущим докторам в академии, не представляли особых трудностей – тогда она была почти единственной девушкой в академии, и могла дать фору любому. 

– Уже в конце августа нас отправили на фронт. Меня назначили на должность врача-хирурга 459 медсанбата 369-й стрелковой дивизии 29 армии. В ноябре 41-го наша дивизия прибыла на Калининский фронт, и через месяц начались ожесточенные бои за Ржев, – вспоминает Журина. 

Выживали как могли


Битва за Ржев является одним из самых кровопролитных сражений за всю историю Великой Отечественной войны. В боях полегли более 800 тысяч человек, раненых было около миллиона. 30-градусный мороз, голод, нехватка лекарств – свой профессиональный долг Татьяне Алексеевне приходилось выполнять буквально на коленках. Не хватало ничего. 

– Было очень больно осознавать, что из-за всех этих факторов твоя помощь не столь эффективна. Оснащение медсанбата было очень бедным. Постоянно не хватало всего самого необходимого – перевязочных средств, медикаментов, хирургических инструментов. Мы даже оперировали при свете карманного фонарика или даже при свечах.

Помощи солдаты ждали, лежа в холодном помещении, сидя друг на друге, потому что комнатка медсанбата была всегда переполнена ранеными. Доктора же валились с ног, работая по 18-20 часов. Многие падали без сил прямо у операционного стола. Спали по нескольку часов и только тогда, когда начальник говорил свое одобрительное «можно». 

– Когда нам разрешали отдохнуть, мы шли и ложились в этом же холоде. И не всегда была возможность отгородиться хотя бы ширмой, – вспоминает Татьяна Алексеевна. 

Но самые страшные воспоминания у врача-хирурга связаны с операциями под открытым небом: вражеские самолеты над головой, снаряды взрываются со всех сторон, а врачу нужно не спасовать и быстро оказать помощь – под бомбежкой даже минута решает многое. 

– Отдых чуть больше трех часов считался роскошью. Но мы о нем и не думали, когда оказались в окружении. Это было 10 января 42-го. Немцы ударили по тылам, и мы оказались в плотном кольце окружения. Наш медсанбат располагался в деревне Быково, недалеко от леса. Разрозненные остатки дивизии пробирались через лесные массивы ночью, руководство дало команду на отступление. Немцы поняли это, поэтому непрерывно бомбили, – продолжает Татьяна Журина.  

– Татьяна Алексеевна, а каково это - выходить из окружения с ранеными? – спрашиваю я. 

– Это очень тяжело. Ведь ты несешь ответственность не только за себя, но и за сотни солдатских жизней. Мы ночевали где придется, рыли окопы в мерзлой земле, чтобы хоть как-то обезопасить себя и их. Рвали на себе одежду, чтобы перевязать бойцам раны. Сами ели подкопченную кожу убитых лошадей, а им отдавали мясо. Ловили голубей. Больше 14 тысяч наших братьев полегли в этой битве. Те, кто вернулся, говорили, что это случайность, чудо, – не сдерживая слез, говорит врач-хирург, на руках у которой люди погибали десятками от невозможности залечить рану из-за отсутствия медикаментов, из-за холода или голода – причин, далеко не всегда зависящих от врача. А это, по словам Татьяны Алексеевны, особенно тяжело – ты смотришь, а помочь не можешь. 

Победные залпы 


Татьяна Алексеевна почти до самого завершения войны проработала в разных частях и дивизиях, переводы были довольно частыми. Но потом она забеременела и ушла с фронта. Несколько месяцев спустя узнала о долгожданной победе. 

– Это, конечно, была огромная радость. Мы плакали, настолько это было волнительно, долгожданно… Сегодня чтят память о нашей победе в жестокой войне – залпы салютов, поздравления. Это все очень приятно. Но я грущу в этот день. Я вспоминаю своих товарищей, – объясняет тревогу собеседница.

После войны Татьяна Алексеевна переехала в Воронеж и проработала здесь заместителем главного врача в 18-й городской больнице 38 лет. И только недавно она уехала в более спокойный и размеренный Нововоронеж. Здесь она продолжает занятия спортом, постоянно ходит на культурные и спортивные праздники. Даже мотогонки на железных конях Журина не против посмотреть, ведь когда-то и сама мечтала о правах на двухколесный. Но экзамен не сдала. Однако поклонницей экстремального спорта она остается и сейчас. 

Ежедневно Татьяна Алексеевна пробегает по 3-4 километра, делает зарядку и приседает не менее 100 раз! Говорит, что нужно жить, пока есть для кого. Скоро у Татьяны Журиной правнучка выходит замуж, и она очень радуется этому событию.


Фото автора

Автор: Ирина Лазарева
Смотреть все статьи
Читайте также:
Осеннее автостояние: можно ли в центре Воронежа парковаться бесплатно и безнаказанно?
Подробно


Цветы надежды
Восьмая благотворительная акция «Белый цветок 2018» собрала в Воронежской области 13,5 млн руб.
сегодня, 15:09.
За помощью – к депутату: Владимир Свиридов провел прием граждан
Заместитель председателя комитета Воронежской областной Думы по строительной политике, главный строитель АО «ДСК» Владимир Свиридов 15 ноября провел прием граждан в общественной приемной Парламентского центра.
вчера, 17:29.

Все материалы автора в рубрике "Общество"