Свежие новости
Все новости
Пробки



Яма памяти: почему в Воронеже на три года остановлено перезахоронение жертв сталинских репрессий

01.11.2021, 08:53

В субботу, 30 октября, в День памяти жертв политических репрессий воронежцы вспоминали имена погибших и пострадавших в сталинском терроре земляков.

В виртуальном режиме

«Молитва памяти»  акция молитвенного чтения имен в России и за ее пределами проходит 10-й год и стала всенародной. В нашем регионе ее организаторами традиционно выступили малые воронежские православные братства во имя свт. Тихона Задонского и преп. Силуана Афонского при поддержке комиссии по канонизации святых Воронежской епархии по благословению митрополита Сергия. Педагоги, ученые, школьники, студенты, предприниматели, деятели культуры весь день в субботу 30 октября читали имена репрессированных земляков и членов семьи на онлайн площадке акции и в соцсетях. Из-за сложной эпидемиологической обстановки в этом году в Воронеже «Молитва памяти» впервые прошла в виртуальном режиме. И уже второй год по этой же причине не состоялся традиционный и организованный выезд на мемориальный комплекс в Дубовке.

Своим ходом

Впрочем, в Дубовку все же поехали – каждый желающий: общественники, священники, потомки репрессированных и даже те, кто эти репрессии пережил. Например, Валерий Чекмарев не пропустил ни одной такой поездки. Он, кажется, остался единственным на всю Воронежскую область, пережившим сталинские лагеря. Его отец – ведущий инженер Московско-Киевской железной дороги попал в список врагов народа, был расстрелян в 1937 году и спустя 70 лет реабилитирован. А в 1938 году девятимесячный Валерик вместе с мамой был этапирован в Темниковские лагеря в Мордовии на восемь лет строгой изоляции. В этом году 84-летний Валерий Львович собрался и поехал в Дубовку своим ходом.

Дело о контракте

Впрочем, в Воронеже в сохранении памяти жертв политических репрессий появился еще одна особенность, и пандемия здесь уже не при чем. Третий год подряд, начиная с 2019-го, на мемориальном комплексе в Дубовке не происходит перезахоронения останков воронежцев из очередной расстрельной ямы. Такие перезахоронения происходили на протяжении предыдущих 13 лет ежегодно при финансовой поддержке из областного бюджета и в соответствии с проектом «Память» областной комиссии по восстановлению прав жертв политических репрессий.

Раскопки были приостановлены в 2017 году в связи с тем, что по инициативе руководства областного краеведческого музея, выступавшего заказчиком работ, поисковое объединение «Дон» было включено в реестр недобросовестных поставщиков. Затем летом 2019-го руководителю поискового объединения Михаилу Сегодину Ленинский райсуд вынес приговор по делу о покушении на мошенничество. Суть этой запутанной истории состоит в том, что поисковики «Дона», продолжая многолетний поиск останков жертв политических репрессий, летом 2016 года начали эту работу раньше заключенного контракта с краеведческим музеем, провели, как обычно, за свой счет, а затем, подав заявку и получив контракт на 200 тыс. рублей, предоставили по ним отчет об уже проведенных ранее раскопках. Руководство музея тогда отказалось оплачивать эту работу.

 А никаких денег изначально заранее никогда и не выделяется. Это знают все, и так происходило всегда. Работы по поиску ежегодно начинались еще ранней весной и не ограничивались временными рамками контракта в две недели. Ведь каждый раз нам предстояло обследовать значительную территорию, обнаружить захоронения, произвести раскопки, подготовить останки к церемонии – и все это нужно успеть сделать до даты 30 октября, когда в Дубовке традиционно происходило перезахоронение. Но в 2016 году краеведческий музей с контрактом затянул позже 30 октября. Мы его получили, когда все работы, само собой, уже были проведены. Так нас отстранили от раскопок, пытаясь заменить на других,  комментирует «Горкому36» Михаил Сегодин.

Гильзы на ветках

Подряд на один год действительно был передан другим поисковикам.

 Три года назад они смогли откопать 70-ю расстрельную могилу, произошло перезахоронение, и на этом все застопорилось,  рассказал «Горкому36» заместитель председателя воронежского отделения общественной историко-просветительской правозащитной организации «Мемориал» (включен Минюстом РФ в реестр организаций  иностранных агентов) Валерий Чекмарев.  Но мы с Вячеславом Битюцким наблюдали, как работали эти новые поисковики. Они раскопали расстрельную яму, извлекли останки и сложили их в администрации Сомово до перезахоронения. А на месте раскопок валялась часть обуви, на ветвях кустов висело несколько откопанных гильз. Ни в коем случае такие артефакты нельзя вот так бросать! Это все надо было собрать, подсчитать, записать. Вот поисковики «Дона» работали очень профессионально, каждый найденный фрагмент пропускали сквозь руки. А теперь в итоге – никаких перезахоронений третий год нет вообще.

Вопрос отдельных функционеров

Между тем, как пояснил «Горкому36» сам руководитель воронежского «Мемориала» (включен Минюстом РФ в реестр организаций  иностранных агентов) Вячеслав Битюцкий, средства из областного бюджета на раскопки и перезахоронения выделяются регулярно.

 Городская и областная власти всегда очень ответственно относились к этой процедуре и к самой обязанности государства чтить память жертв политических репрессий. Но областной краеведческий музей, выступающий заказчиком этих работ, больше не открывает торги на проведение раскопок с поисковыми организациями. И все это к большой политике не имеет никакого отношения. Всего лишь вопрос местной недобросовестности отдельных функционеров,  говорит Вячеслав Ильич.

Большая перемена?

Областной краеведческий музей на запрос редакции свою позицию пока не предоставил. Судебная тяжба после выигранной апелляционной жалобы Михаила Сегодина сейчас продолжается в областном арбитражном суде. А председатель областной комиссии по восстановлению прав жертв политических репрессий лидер фракции «Единая Россия» в городской думе Роман Жогов от комментариев пока воздержался. Он вообще затруднился ответить, является ли он на сегодня таким председателем.

Всего со времени обнаружения в Дубовке расстрельных ям были эксгумированы и перезахоронены останки 3285 репрессированных воронежцев. По оценкам Вячеслава Битюцкого и самих поисковиков, всего в 1937–1938 годах здесь убито и тайно захоронено больше 10 тысяч человек. То есть, шесть тысяч, а то и больше уничтоженных в машине репрессий воронежцев до сих пор остаются не похороненными по-человечески.

Автор: Ольга Бренер
Смотреть все статьи
Читайте также:
Директор воронежского театра кукол Любовь Пристинская: «Важно создавать новое»
Подробно
Фотограф:
Пресс-служба
мэрии
Смотреть все статьи