Свежие новости
Все новости
Пробки



Огонь – не игрушка: пожарный с 40-летним стажем о нелегкой профессии, мужских слезах и ценности жизни

30.04.2017, 12:50

Наверное, каждый мальчишка в детстве хотел стать пожарным или спасателем. Но Игорь Влазнев, который сегодня руководит Государственной противопожарной службой Воронежской области, об этом не мечтал. Он с рождения знал, что посвятит свою жизнь этой работе. Как так получилось, «Горком36» узнал у Игоря Владимировича в День пожарной охраны, который празднуется сегодня, 30 апреля.

Боевое крещение

– А как иначе? Я же родился в пожарной части! – шутит мой собеседник.

И добавляет:

– Отец был пожарным, жили мы в Харькове при части. Все, что там происходило, я наблюдал лично. Когда подрос, участвовал в юной добровольной пожарной дружине, даже какие-то места занимал по прикладному спорту. А в 17 лет поступил в Харьковское пожарно-техническое училище МВД, где стал осваивать профессию.

И принимать участие в тушении первых пожаров. В начале, конечно, «рядовых» и подконтрольных. Игорь Владимирович рассказывает, что «зеленого бойца» всегда страхует товарищ постарше.

– Первый пожар – наше боевое крещение. Когда понимаешь, что это не игра, не сцена из фильма, а реальная жизнь! Хоть ты молодой, хоть уже на деле собаку съел, должен всегда думать о личной безопасности, – объясняет Влазнев. – Пожарный, спасая человека из огня, должен проложить тропинку к погорельцу, а потом беспрепятственно покинуть зону пожара вместе с пострадавшим. Если пожарный знает, как спасти себя, тогда и погорелец останется жив.

Правда, разработать алгоритм действий на любой случай не получится. Траекторию движения приходится рассчитывать на месте, причем никто не застрахован от несчастных случаев.

– Недавно был рядовой пожар: горел сарай. Но на нем пострадали два моих опытных товарища. В сарае взорвался газовый баллон, о том, что он там находился, не знал даже хозяин помещения, – привел пример Игорь Владимирович.

Начало карьеры

После завершения учебы в Харьковском училище в 1978 году Влазневу предложили по распределению несколько точек – Приморский край, Москву, пару-тройку украинских городов на западе республики и Воронеж. Так как родного города в списке не было, а до этого студент бывал на практике в Воронежской области, где, кстати, повстречал будущую супругу, Игорь Владимирович решил перебраться в воронежский гарнизон пожарной охраны, где ему предложили Эртильский район.

– Я никогда не жил в деревне, поэтому даже не знал, как топят печку. А мы с молодой супругой сняли в этом городке квартирку, где с одной стороны времянки жил бычок, с другой – козы, – вспоминает Влазнев. – Жили мы при небольшой зарплате и отсутствии у жены работы хорошо. Был у нас и приемник "Рекорд", и диван, и стол. Было достаточно.

Только нечасто бывал Игорь дома. Как молодому сотруднику инспектировать ему довелось самые отдаленные села в районе – Битюг-Матреновку, Ячейку, Самовец, Щучье.

– А тогда населенные пункты отрабатывались от и до: и магазины, и клубы, и школы, и жилые дома. Одного дня не хватало, чтобы разом проверить соответствие учреждений пожарным требованиям. Приходилось у главы поселения ночевать, есть у какой-нибудь доброй старушки, а домой возвращаться через неделю с обратом…

В то время пожарная служба тесно взаимодействовала с МВД, в обязанности пожарного входили не только тушение пожаров и их профилактика, но и дежурство с сотрудниками милиции.

На памяти Игоря Влазнева был в Эртиле крупный пожар – горела свиноферма.

– Это большое горе для целого села. Вывести с пожара корову или лошадку можно, взял за поводок и тяни, а свиноматку – нет. Она не уйдет без детенышей. А малыши будут бегать вокруг, в кучу их не соберешь, – вздыхает пожарный. – Когда погибает на твоих глазах 200 голов молодняка и 80 свиноматок и ты ничего сделать не можешь, больно.

Вверх по лестнице

Трудясь в Эртиле, Влазнев понял, что занимается многопрофильной работой, и высшее образование ему не повредит. Он поступил в политех (ныне ВГТУ – авт.) на направление «Энергобезопасность».

– Более 50% пожаров случаются из-за неправильного обращения с электроприборами, – поясняет специалист.

Через год работы Игорь Владимирович был направлен на работу в Семилукский район на должность замначальника отдела противопожарной службы.

– Семилукский район – особенный, располагается рядом с городом. Люди переезжают, бросают родные дома или используют их под дачу. В эти годы тут и полноценной пожарной части не было, техники не хватало. Гнать машину из города в село было нецелесообразно, она не успевала доехать. Мне пришлось создавать тут новый тип пожарной охраны – межколхозные пожарные команды. Их профессионально «подтянули», ситуация в районе выровнялась.

В Семилуках в начале 80-х было много крупных предприятий, социальных объектов. Немало важных учреждений располагалось в отдаленных селах. Все они находились в ведомстве Игоря Владимировича, он проверял их на требования безопасности и выдавал предписания. За невыполнение– штраф. Пожарного ждали, его боялись. Сейчас – иначе.

– В стране развивается малый бизнес. Допускаются большие ляпы при строительстве. Раньше при отводе земли под постройку, пожарные решали, какие моменты нужно прописать в проектной документации. Сейчас этого нет, – огорчается собеседник. – Более 100 объектов могу насчитать в Воронеже, которые построены с грубейшими нарушениями пожарной безопасности, и в случае возгорания пожарная техника туда не сможет даже подъехать.

В 1983 году Влазнева направили в 6-ю противопожарную часть Коминтерновского района: 350 тыс. жителей, заводы-гиганты – Коминтерна, Станкостроительный, Электросигнал, ТМП, Радиозавод – а также областная клиническая больница, аэропорт. Да и здесь приходилось не только в «поле» выезжать, но и заниматься проверками.

– Помню, одну только больницу проверял целый месяц! – вспоминает Влазнев. – Все подвалы, подсобные помещения, чердаки, операционные облазил. Где надо, переодевался в медицинскую одежду, в других местах – в грязные вещи, в подвальных помещениях ползал с фонариком.

Но самый сложный технологический объект на этом участке – все-таки аэропорт. Не один раз довелось участвовать Влазневу в аварийных посадках самолетов.

–Помню, сажали самолет «Москва – Тбилиси». Сообщили: полная разгерметизация, разрыв двигателя на высоте десяти тыс. метров. Самолет быстро потерял высоту до четырех тысяч. Мы выстроили 12 машин на посадочной полосе, разработали план защиты и эвакуации людей. Кое-как самолет сел. Не забуду это зрелище: шасси оторвано, у пассажиров кровь из ушей, в окна никто не смотрит – боятся. Бортмеханик-грузин вышел из самолета белый-белый, перекрестился и сказал: «Слава Богу, приземлились».

О пожаре 2010 года

Но это не единственная жуткая история в практике Игоря Влазнева. Еще он всегда вспоминает, как все силы стянулись на тушение «огненного кольца» недалеко от Воронежа. Ему довелось работать на пожарах в Масловке.

– Никогда я не видел таких страшных пожаров и, думаю, никогда больше не увижу. Помню, в тот день заместитель губернатора вручил моему товарищу погоны полковника, и тут же был объявлен пожар №3. Кольцо черного дыма подступало к Воронежу, люди паниковали, – переживает, будто это было вчера, Алазнев. – Самая тяжелая ситуация складывалась в населенном пункте, в Масловке, в восьмой городской больнице, которая полностью находится в лесу, и на Кожевенном кордоне, в районе которого расположены детские оздоровительные лагеря. Силы были направлены на спасение населения в места скопления людей. Главной задачей пожарных было не допустить гибели граждан. Одной из самых тяжелых работ стала эвакуация больных из здания горбольницы.

К сожалению, отмечает пожарный, за последние годы в городе появились высотныездания, в которых на верхних этажах пожарным работать нечем. Нет семидесятиметровых автолесниц и коленчатых подъемников. Существующая пожарная техника может работать только на 16-м этаже, а в Воронеже активно «растут» 20-этажки.

– Хотелось бы, чтобы городские власти уделили этой проблеме необходимое внимание, – замечает специалист.

Игорь Владимирович задумчиво говорит, что пожар 2010 года научил сотрудников МЧС многому: теперь пожарные готовы к слаженной работе во время настоящих огненных бедствий. Этот печальный опыт они не забудут. Хотя крики детей и слезы женщин им очень хочется забыть.

– Действительно было страшно. Даже вдвойне. Как раз перед этим я потерял одну машину. Думал, с людьми. В районе Хренового горел кордон, ребята поехали тушить, и попали в огненное кольцо. Ориентир в дыму потерялся, колеса на машине загорелись. Они попытались тушить их – не получились, сами могли сгореть…

– И как выбрались? – спрашиваю.

– Упали на землю, прикрыли друг друга боевками – в буквальном смысле пропустили огонь через себя. Водитель как-то выбрался. Я его первого и нашел. Спрашиваю: «Где ребята?» А он, здоровый мужик, плачет и говорит: «Не знаю, Игорь Владимирович. А я машину не сберег». Я дошел потом до нее: вода кипит, вместо двигателя – кусок алюминия в песке. Хотя тогда это было абсолютно неважно, главное сами живые остались.

О тяжелом «спасибо»

Супруга, говорит Игорь Владимирович, каждый раз переживает за него, но все понимает. Довелось пару раз с мужем на пожарах бывать – видела, как люди кричат и плачут. Знает, какая это нервная работа. Причем за нее, объясняет Влазнев, редко кто скажет «спасибо».

– Люди в стрессе. И то, что они не благодарят за свою спасенную жизнь, нормально.

Хотя иногда не то что «спасибо» не скажут, а и в суд подадут. Такие истории в практике нашего героя тоже есть. Правда, связаны они не с пожарами, а с «параллельной работой».

– Часто приходится выезжать на ДТП. Приезжаешь – машина всмятку, человек внутри. Как достать его оттуда? У него могут быть переломы, может быть поврежден позвоночник. Кто его должен извлекать из транспорта? Полиция этого делать не может, у медиков установка – оказывать помощь после того, как пострадавшего извлекут. Мы тоже, вроде бы, не должны. Ни в одном законе, ни в одной инструкции это не прописано. Но мы это делаем. Берем на себя ответственность. И иногда нам это выходит боком, – вздыхает Игорь Владимирович. – На левом берегу парень попал в ДТП, его в машине зажало, он потерял сознание. Чтобы его достать из транспорта, нам пришлось срезать крышу. К счастью, парень не сильно пострадал. Но когда его грузили в «скорую», он очнулся, увидел, что мы сделали с машиной, начал ругаться и подал на нас потом в суд. И был прав. Разрешения его мы не спрашивали.

«Не могу иначе»

Также долгие годы Влазнев трудился в управлении пожаротушения, а с 1995 года работает начальником областного управления противопожарной службы. И, несмотря на то, что занимает руководящую должность, по большей части административную, на пожары все равно выезжает.

– А как иначе? – снова обращается ко мне собеседник. – По-другому не могу, ведь наша служба создана для защиты людей от чрезвычайных ситуаций.

Фото из личного архива 

Автор: Ирина Лазарева
Смотреть все статьи
Читайте также:
Губернатор объявил воронежский Северный лес памятником природы
Подробно


Трём жителям региона присвоено звание «Почётный гражданин Воронежской области»

Ко Дню образования Воронежской области, который отмечается 13 июня, губернатор Александр Гусев подписал указ о присвоении звания «Почётный гражданин Воронежской области» наиболее отличившимся в общественной и трудовой деятельности землякам. 

вчера, 17:01.
История вытрезвления: как будут работать в Воронеже с пьяными «новые» учреждения
В декабре 2020-го Госдума одобрила в третьем чтении возрождение вытрезвителей «медицинских и немедицинских». Закон подписал президент, и он вступил в силу 01.01.2021. Народные избранники прикинули, что ночь в вытрезвителе обойдется пьяным примерно в 1500 руб., но окончательную цену определят в регионах.
вчера, 16:21.

Все материалы автора в рубрике "Общество"


Все материалы автора в жанре "Интервью"