17.07.2026, 10:21 
После Сталинграда Гитлер планировал двинуть силы своей коалиции на стратегический юг – к бакинской нефти, но уже в боях за Воронеж эти силы значительно ослабели, и дальше все пошло не по плану. В Сталинградской битве, переломившей весь ход войны, участвовали тысячи воронежцев, а Воронежский фронт передал на это направление часть своих лучших сил, в том числе 4-й танковый корпус, сформированный в нашем городе.
Но самое кровопролитное сражение оказалось и самым миротворческим. Сталинград стал связанным одной судьбой не только с Воронежем и страной – он объединил лучшие силы человечества в понимании неизбежности победы над нацизмом.
Героическое сражение воинов Красной Армии за Сталинград стало путеводной звездой в речах политиков, деятелей культуры, общественных организаций Америки и Европы. Будущий нобелевский лауреат поэт Пабло Неруда пишет свою «Песнь любви Сталинграду». Перепечатанная на листках, она тут же расклеивается на домах Мехико, где Неруда тогда работал генконсулом.
«Каждый красноармеец, обороняющий свою советскую землю, убивая нациста, тем самым спасает жизни и американских солдат. Будем помнить об этом при подсчете нашего долга советскому союзнику», – в это же время разгара Сталинградской битвы заявляют профсоюзные лидеры США. Листовки с мечом и надписью «Сталинград» стали появляться даже на домах пока еще оккупированной Варшавы.
Сейчас воронежцев, защищавших Сталинград, в живых уже не осталось. Чтобы собрать эти ценные свидетельства, редакция поговорила с детьми защитников.
Людмила Попова, преподаватель русского языка и литературы средней школы №24 им. В.Г. Столля:
«Под Сталинградом отец потерял все волосы»
– Я всегда буду помнить своего отца, Ивана Беляева, как человека очень умного, спокойного, доброго. И лысого с молодых лет. Когда он еще был маленьким, то в родном селе Студенки недалеко от нашей Графской вел уроки у первоклашек. Учителей не хватало, и он, четвероклассник, начинал занятия в младшей ступени. На службу в армию был призван перед самой войной, но демобилизоваться не успел, сразу ушел на фронт и попал под Сталинград. И вот здесь потерял все свои волосы. Шла очередная страшная немецкая бомбардировка. Отец с товарищами в это время уже бился на улицах города и находился в окопе. Вспоминал, что перед атакой ребята в окопе решили налить себе по сто граммов для храбрости. Взяли в руки стаканы – и в это время налетели юнкерсы. «Грязь сыпется в стакан, а ты стоишь с ним, не шелохнувшись. Потому что любое движение – и выдашь себя фашисту», – вспоминал отец. Их самолеты летали над самой головой. Закончилась атака, отец снимает шапку, а в ней – все его волосы! Такое было нервное напряжение от происходящего ада вокруг. Но бились за каждую улицу и уже знали, что наши одерживают верх. «Под Воронежем немец уже измотался, там сильно по нему ударяли, и в итоге в Сталинграде нам, совсем молоденьким, было хоть и страшно, но мы уже верили в Победу. Это был ад, но мы чувствовали, что наступает перелом», – так он вспоминал. На войне отец составлял топографические карты местности и однажды чуть не оказался под трибуналом. Карты рисовал под копирку. Сделал – а копировальную бумагу выбросил в мусор. Там она и была найдена. За отцом пришли, но на первый раз простили. Но сам урок – как одна личная оплошность может стать фатальной для всех – он пронес через всю жизнь и меня учил.
Галина Купцова, ассистент кафедры госпитальной хирургии и эндокринологии ВГМУ:
«Крови на всех не хватало»
– Моя мама, Нина Викториновна Боброва (почетный гражданин Воронежа – прим. ред.) отдала воронежской медицине 64 года, но боевое профессиональное крещение получила в 1942 году под Сталинградом в сортировочном госпитале, куда везли и везли раненых бойцов. Маме 22 года, она только закончила воронежский мединститут, и в госпитале у нее с собою одна-единственная книжка «Оперативная хирургия» Воскресенского. По ней и оперировала. Прием-сортировка раненых шла сутки напролет. Врачи и медсестры спали по четыре часа. Санитаров не хватало, и солдат приходилось часто тащить в госпиталь на себе. И крови на всех не хватало. А у мамы ценная 1 группа, и иногда ей приходилось сдавать кровь по два раза в день. Как-то оперировала солдата из восточной республики, ему грозила ампутация ноги и требовалось срочное переливание крови. А он – ни в какую: «Чужую кровь не возьму!» – «Но я вам свою кровь дам, и мою не возьмете?» – вспоминала потом Нина Викториновна. «Врешь!» – отвечает солдат. «Вот смотри, ложусь на соседний стол, и при тебе от меня переливают». Так она его и уговорила.
Юрий Сегал, предприниматель:
«Из заводского подвала рота отца вытащила 15 немцев»
– Мой отец, Ефим Сегал, прошел Сталинград с первого до последнего дня битвы. И все это время ему, можно сказать, везло. Его стрелковая рота, где лейтенант Сегал был командиром, остановилась перед Сталинградом в селе Городище. Оттуда из балки отец видел заводские окраины Сталинграда. Вечером поступил приказ двигаться к селу Ерзовка севернее тракторного завода. Все эти места отец прополз на животе. Прибыли и сразу начали рыть окопы. А сталинградская земля – это 20 см песка, потом глина и обломки кристаллических пород.
Копать такую землю пришлось всю ночь. А в полдень началась массированная бомбежка. И его рота оказалась в самом пекле. Отец вспоминает, что 21 августа 42-го в 9 утра он увидел над Сталинградом сотни вражеских самолетов. В течение восьми часов на его глазах от города остались одни развалины. Затем поступает приказ выйти из окопов вдоль набережной в город. Нужна была помощь 62-й армии, которая, неся большие потери, воевала в самом Сталинграде. К зиме 1943-го рота отца захватила кладбище, затем стадион, 34-ю школу. Прямо к школе примыкал тракторный завод. И был приказ захватить цеха, в которых находились немцы. Комбат приказывает отцу: «Поднимай роту на цеха, или я вас всех расстреляю!» А тот в ответ надел каску на штык, поднял ее из окопа и сразу опустил – каска уже была пробитой. Такой вокруг стоял плотный огонь. Комбат отполз, понимая, какие новые потери тогда бы пришлось понести.
И тут отца толкает в бок солдат: «Смотри, лейтенант – сзади!» Мимо проезжают два советских танка. Отец с солдатом отползают и дают сигнал. Танкисты увидели, развернулись в их сторону и начали стрелять по цехам. А рота отца уже ринулась следом с гранатами.
Так приказ был выполнен. Из заводского подвала рота отца вытащила 15 немцев.