2024-05-21

Генерал Тройнин: «Чтобы общество сохранить, кто-то должен в нем стоять на страже порядка»

Генерал Тройнин: «Чтобы общество сохранить, кто-то должен в нем стоять на страже порядка»
Почетный гражданин Воронежа и экс-начальник ГУ МВД – о бандитских переделах, коррупции, репутации полицейского, памяти героев и секретах профессионального долголетия.

Виктору Ильичу выпала непростая доля. Путь от рядового следователя до генеральских погон на посту начальника регионального управления МВД был не блестящей карьерой силовика, а жестким испытанием на прочность, и это испытание в экстремальные 90-е проходила вся страна. Воронеж тогда был спасен от кровавых бандитских переделов, в которых утонули другие крупные регионы. А ведь в то время под руководством генерала Тройнина в региональном управлении МВД оказалась не только правоохранительная деятельность и борьба с преступностью, вопросы пожарной безопасности, подразделения паспортно-визовой, разрешительной систем и системы исполнения наказаний, но и весь комплекс мероприятий по противодействию международному терроризму. Воронежские милиционеры выполняли долг в самых горячих точках страны. По инициативе и при активном участии генерал-лейтенанта Тройнина был создан городской муниципальный полк патрульно-постовой службы, численностью более 800 человек. В его состав вошли конная рота и взвод кинологов. Это позволило активизировать реагирование на чрезвычайные ситуации, снизить уличную преступность. И вообще – репутация воронежских милиционеров при Тройнине сильно укрепилась в глазах горожан. А созданная материальная база УВД, социальная поддержка сотрудников позволили создать хороший кадровый задел, что еще десятилетия после ухода Виктора Тройнина в отставку обеспечивало надежный контроль оперативной обстановки.

И по сей день, в свои 82, Виктор Ильич на посту – возглавляет Совет ветеранов ГУ МВД и каждое утро в 9 часов уже на рабочем месте. А его выправке, ровному доброжелательному нраву, здравому смыслу и мужскому обаянию могут позавидовать и мужчины гораздо более «скромного» возраста.

В беседе с «Горкомом36» Виктор Тройнин, ставший практически в канун нашей встречи Почетным гражданином Воронежа, приоткрыл секреты долгой профессиональной жизни, рассказал, как приходилось бороться с попытками криминального передела города в 90-е, и почему уже сегодня так важна репутация полицейского для развития гражданского общества.

Об «Анискиных» вчера и сегодня

 Виктор Ильич, времена Анискиных, увы, остались в советском прошлом, а к современному образу стража порядка в России нынче отношение сложное. Что с этим не так и можно ли в наше время это исправить?

– На мой взгляд, проблема не в образе современного полицейского, а в том, как менялось само общество на стыке веков. Мы ведь с распадом СССР многое растеряли в самих себе. С 1985 года – с начала перестройки – я находился на оперативной работе, и весь этот процесс разрушения нравственных ценностей и традиций проходил у меня на глазах. Да и сами понятия мораль и нравственность стали чуть ли не пережитком прошлого. Все стали жаждать пресловутой свободы. Но эта самая свобода без рамок и личной ответственности приводит к анархии и вседозволенности в любой сфере. Что на самом деле в то время и произошло. И всегда, чтобы общество сохранить, кто-то должен в нем стоять на страже морали, нравственности и порядка. Мои коллеги продолжают этим заниматься. И я не согласен с вами, что времена Анискиных прошли. Таких героев сегодня также много среди участковых. Да, время накладывает свой отпечаток, делает Анискиных более напряженными и настороженными. Потому что сегодня их труд не в таком почете, как прежде, а люди вокруг порой вообще ничего о них не знают. В бытность министром внутренних дел Николая Щелокова образ рядового советского милиционера был на высоте. Тогда советские граждане понимали, что призвание стража порядка – не душить свободу, а правильно развить ее в каждом человеке, сделать осознанной. Конечно, и тогда к нам, милиционерам, относились с опаской. Помню случай, когда я начинал работать следователем в Калаче и вдруг увидел на улице разыскиваемого преступника. Пытался его задержать – он побежал. Кричу ему: «Стой!» Людей вокруг много, но оказать помощь в задержании не спешат. И это понятно - пока злоумышленник не предстанет перед судом, все окружающие будут с опаской относиться к преследователю в погонах: все ли делается в рамках закона? Тогда я преступника задержал, но пришлось рассчитывать только на свои силы. К сожалению, сейчас полицейские как правило, в таких случаях могут надеяться только на себя и своих товарищей. Хотя и по сей день очевидно: без полицейского нормальной жизни в городе не будет. А к тем, кто культивирует образ «оборотней в погонах», я отношусь очень критически. Это заведомо ложный образ.

О мелких взяточниках и большой коррупции

 Он не соответствует действительности?

– А вы сами посудите: у нас на 10 тысяч полицейских взяточников меньше, чем у чиновников на 100 человек! Хотя взяточничество само по себе приносит большой вред государству. В первую очередь – моральный. Но я убежден: полицейского, чиновника, врача надо дисквалифицировать, штрафовать, запретить занимать должность, но само деяние приравнять к административному правонарушению. А все ресурсы, которые тратятся годами на расследование дел этих рядовых взяточников, перенаправить на расследование преступлений тех, кто как раз стоит «у руля» распределения всех благ. Вот там настоящих взяточников, приносящих колоссальный вред, море! А пока средства и ресурсы оперативной работы отвлекаются не на первопричину коррупции, а на ее следствия. В результате самыми «громкими» преступниками становятся мелкие чиновники, рядовые врачи, преподаватели вузов и полицейские. Кому-то такой шум, такой публичный резонанс просто на руку – «борьба» идет, но основ явления не затрагивает.

 Вы возглавляли службу ОБХСС как раз во время зарождения вседозволенности и повсеместного «хищения социалистической собственности». Каким вам запомнился тот служебный период?

– Да, я возглавлял ОБХСС с 1985 года. Это было время, когда начали освобождать преступников, отбывавших срок за спекуляцию и злоупотребление служебным положением. Это уже как нарушение закона не квалифицировалось. То есть, освобождали опытных «специалистов» в области экономических преступлений. И они, почувствовав новые ветры удачи, приспособились к этим веяниям быстро – завладевали ваучерами и стали наживаться уже в этой сфере. Экономические реформы тогда ворвались в нашу жизнь стихийно. Я даже выходил с коллегами на тогдашнего премьера Виктора Черномырдина, призывал к жесткому регулированию государством процессов ваучеризации и приватизации. Но, как показало время, там – «наверху» – все всех устраивало.

О борьбе с наркоманией

 Сейчас в Воронеже, как и по всей стране, другая проблема – наркомания. Как вы видите ее решение?

– Все идеи борьбы с распространением наркотиков задуманы правильно. Но все губит бюрократическая система отчетности. А между тем, весь город у нас – в «закладках». Интернет-продажи наркотиков – в открытом доступе. На совете ветеранов мы предложили разработать специальную отслеживающую эти продажи программу. Это, по мнению специалистов, вполне «рабочая» и эффективная мера. Но для этого нужны опытные программисты и материальные ресурсы. Дело пока застопорилось.

 Может, покончить с продажей наркотиков по интернету просто кому-то невыгодно?

– И это тоже! Я убежден: если полицейским дать свободу в пресечении деятельности наркодилеров, подключить им в помощь команду программистов, то саму проблему можно будет решить в короткий срок. Но этой работой надо заниматься в государственном масштабе, и нужен подробный стратегический план. В том числе – включающий профилактику этой группы преступлений. Пока такой заинтересованности на высших этажах системы не видно. Прежде ведь все формы борьбы с преступностью делились на два направления – профилактика и собственно борьба. За профилактику был особый спрос, и это была глубокая аналитическая работа со знанием законов психологии и всех социальных тенденций. И исходили мы из того, что если ты не спрофилактировал само преступление, то на его раскрытие затратишь в десять раз больше времени и средств. А сегодня за профилактическую работу никто с полицейских не спрашивает. Она и теоретически даже не обоснована. В результате деградирует все общество. А полицейский загружен текущей оперативной работой. В связи с дефицитом кадров нагрузка у каждого – огромна. Так что и в сфере борьбы с наркодилерами и наркоманией – воз и ныне там.

О дефиците кадров и героях

 О критической нехватке полицейских в стране уже заявил глава ведомства Владимир Колокольцев. Что, на ваш взгляд помогло бы исправить ситуацию?

– Дефицит сейчас доходит до 30 процентов. То есть третья часть состава полиции отсутствует. А у остальных – работа почти круглосуточная при не слишком высокой зарплате. Люди не выдерживают, уходят. Это замкнутый круг. Я надеюсь, что на государственном уровне ситуация будет исправлена с учетом увеличения финансирования. Но чтобы подготовить бюджет борьбы с преступностью, в первую очередь нужны новые идеи. Это должна быть четкая программа с конкретными сроками и исполнителями. И она должна включать раздел по профилактике. Именно такой подход со временем позволит снизить финансовое бремя нашей работы, в части оптимального расходования средств.

 Вы вынашиваете идею создания в Воронеже Аллеи Героев – сотрудников МВД. На ваш взгляд, публичная мемориализация деятельности и подвигов сотрудников МВД поможет изменить отношение общества к стражам порядка?

– Несомненно. Рассказывая, сохраняя память о деятельности сотрудников МВД, мы в первую очередь воспитываем молодое поколение воронежцев. Наши шесть сотрудников, получивших Звезду Героя – это герои тех двух чеченских войн. Воронежские милиционеры направлялись в командировки в горячие точки России тогда часто. Боролись с внешней преступностью, налаживали общественный порядок внутри республики, вынуждены были вступать в прямые столкновения с боевиками. И я убежден, что все они, как и нынешние сотрудники, заслуживают не меньшего, а порой и большего уважения, чем советские милиционеры. Слишком тяжелое время выпало на их долю в 90-е. Именно по этой причине мы и разработали в Совете ветеранов МВД предложения по созданию Аллеи ветеранов – защитников Отечества. Затем я с таким предложением вышел к главам райадминистраций области. В 15-ти муниципалитетах такие аллеи уже созданы. У нас 20 погибших сотрудников – а кто, собственно, из воронежцев знает об этом? А сколько в регионе живет родственников погибших – родителей, детей, жен? А сколько осталось инвалидами? Все эти судьбы – не в поле зрения общества. В Павловске на такой аллее мы разместили необходимую атрибутику в память о погибших и о деятельности сотрудников РОВД сегодня. Установили памятный камень, посадили рядом с портретами героев деревья. Теперь там принимают присягу молодые сотрудники. Приходят школьники и просто молодежь. Это уже мощный импульс для сохранения памяти о таких людях, для постоянного взаимодействия с их родными и с теми, кто жив.

О музее правопорядка как зеркале местного времени

– Но мы вышли и еще с одним предложением – создать в муниципальных краеведческих музеях отдельные экспозиции местной истории МВД. Созданные прежде милицейские музеи находятся в основном в райотделах полиции. И их практически никто, кроме сотрудников, не посещает – место не публичное. В общем, главы районов нас поддержали, и сейчас в краеведческих музеях организуется отдельные экспозиции под наши темы. В Россоши, например, такая экспозиция уже развернулась в двух комнатах местного музея. Все это неразрывно связано с историей, жизнью, бытом любого района. А вот отдельного музея у нас пока нет. Мы намерены открыть в Воронеже такой специализированный музей на 500 кв. м рядом с Советским РОВД. Проект музея готов. Мэр Вадим Кстенин поддержал нас. Еще более логично было бы устроить музей правоохранительных органов в начале улицы Карла Маркса, где расположено историческое место – губернская полицейская часть с каланчой, которой исполнилось 250 лет. Но это пока «дальний прицел», и я уже вышел по этому поводу на губернатора Александра Гусева. А вот на Володарского разобьем рядом с ГУВД Аллею Героев с их бюстами. Из воронежских сотрудников МВД у нас таких Героев России шестеро. Четверо награждены посмертно. Двое Юрий Анохин и Александр Пономарев – с нами. На этой Аллее будет размещена вся информация – за что и при каких обстоятельствах правоохранители получили Звезду Героя. Надо всем знать, что понятия доблести и отваги никуда не делись. Такое увековечивание памяти важно не только для репутации МВД, но для консолидации всего общества.

О бандитских переделах…

 Виктор Ильич, вы возглавляли воронежское ГУВД с 1991 по 1998 годы – в период, когда все регионы страны были жестко порезаны на «бандитские» и «ментовские». В бандитских, вроде Петербурга или Тольятти, творился кровавый передел и беспредел. На их фоне Воронеж выглядел тихой заводью. Как удавалось удержать нашу область от тотального криминала и большой крови?

– «Тихая заводь» тут не при чем. Наш регион не был ни тихим, ни провинциальным. Ведь рядом в Тамбове и Липецке тогда создавались преступные группы, известные на всю страну. Я писал кандидатскую о том периоде, о развитии оргпреступности в России, о создании УБЭП. Сам стоял у истоков создания этих подразделений. Преподавал на кафедре оперативно-розыскной деятельности в Институте МВД. Вся эти реформы в милиции и наши новые обязанности закреплялись синхронно с развитием приватизации и вседозволенности. На воронежских улицах вовсю крутились наперсточники, крали все, начиная от счетчиков электричества до подземных кабелей и крышек дорожных колодцев. Но и серьезные группировки здесь, конечно, тоже были – крышевали местных бизнесменов. Предводители банд, так называемые «авторитеты» в Воронеже вышли из этих группировок и из наперсточников. Так что все это было и в Воронеже, но нам удавалось своевременно их ставить в жесткие рамки или задерживать. Поэтому громких кровавых разборок на фоне передела государственной собственности здесь не случилось.

 И, тем не менее, передел шел.

– Как и по всей стране. Главным импульсом к появлению бандформирований был дележ госимущества, и как я уже отмечал – дележ через ваучеризацию. Ваучер якобы был основной бумагой, призванной поднять российскую экономику. Повторюсь, я выступал категорически против таких рычагов, публично на телевидении объяснял, что люди, привыкшие к плановой советской экономике, к тому, что все средства производства принадлежат государству, ничего в этих новых процессах не смыслят. Советский человек – не бизнесмен по сути! А если был бизнесменом – то его просто сажали как валютчика, фарцовщика, спекулянта. Вот такие оборотистые, освободившись, и начали скупать ваучеры. Они-то знали, что вместе с ваучерами к ним придет собственность крупных предприятий. В директорском корпусе тоже началась борьба за ваучеры – кто больше скупил. В этой борьбе каждый искал себе защитников в лице бандитов, которые в городе уже сформировались «как класс» среди мелкой преступности – наперсточников, «кидал», мелких воришек и других. Начались разборки среди противоборствующих группировок внутри самих предприятий.

…и ваучеризации

– Впрочем, в Воронеже на фоне этого дележа произошло лишь одно громкое убийство директора завода. Думаю, что удержать город от большой крови нам тогда удалось благодаря моему предыдущему опыту работы в ОБХСС. Мне была понятна вся подноготная новых процессов, удалось сразу в ваучеризации разглядеть ростки бандитизма. В общем, мы смогли все это пресечь. И это, к слову – о значимости все той же профилактики. О том, что это не «факультативная» часть борьбы с преступностью, но часто – основная, с глубокими анализом законов развития общества. В 1995 году мы создали так называемое 6-е подразделение, призванное работать с оргпреступностью. Потом создали РУБОП, наделили его конкретными полномочиями. Нам, начальникам пяти региональных ГУ МВД, предложили разработать методику по борьбе с оргпреступностью. Я тогда выступил с критикой текущей работы РУБОПов, пояснил, что создавались они совсем для другого. Но мне намекнули: тебе больше всех нужно?

 То есть уже тогда зародилось равнодушие?

– Это не равнодушие, а защита сугубо меркантильных интересов. Чтобы пойти по пути, который я предлагал – значит, лишить кого-то захваченных материальных благ. На охране этих благ находились уже не бандиты, а представители регуправлений по борьбе с оргпреступностью. Но мы, инициаторы реформы деятельности РУБОП, все равно направили Черномырдину наш анализ ситуации на ста листах. Нашли одного министра, который был с нами солидарен, решили всю идею протолкнуть. В том числе – взять под оперативный контроль ваучеризацию. Нам сказали: ребята, не затем затевалась ваучеризация. Это стихия, рынок, и пусть идет, как идет. Пусть они там сами себя регулируют, а государство вмешивать не надо. Когда я уже не работал в ГУВД, часть патриотично настроенного директорского корпуса концерна «Энергия» пригласила меня помочь навести порядок. Концерн к тому времени уже был поделен через ваучеры. 35 процентов получили те самые патриоты, настроенные сохранить мощное предприятие, они хотели, чтобы я эти 35 процентов возглавил. А большей частью владел менеджер, который уже вовсю разваливал заводы по стране и теперь пришел в Воронеж. Я начал делать аудит и обнаруживаю, что 500 миллионов рублей пропали. Оказалось, что цех стоимостью 200 миллионов официально продается за 27 миллионов. Внутри этой сделки обнаруживаю еще одну фальшивую расписку о продаже цеха уже за 13 миллионов. Я предложил восстановить порядок, но совет директоров уже принял решение, что такой «коллега» над ними им не нужен. Ну, если мне рассказывать об этом деле в подробностях и лицах, то можно роман писать.

 Вы никогда не пожалели, что связали судьбу с правоохранительной деятельностью? Руки на стыке веков не опускались?

– Надо мной зависали большие тучи, и я был в «хороших» разработках. Меня хотели приструнить, чтобы не возникал. Но вот, как видите, выжил.

О секрете крепости

 Причем, несмотря на возраст, выглядите лет на 20 моложе. Можете открыть секрет – откуда черпаете силы?

– Думаю, это в первую очередь генетика. Но еще важно никогда не опускать руки и не останавливаться. Любая активность должна идти на спад постепенно, по законам кинетической энергии. А если после активной трудовой жизни разом врасти в диван – то уже не встанешь. По этой причине на пенсии я не был ни одного дня. Как ушел с должности начальника ГУВД, так сразу стал связан с родным ведомством в составе общественного совета. Совет ветеранов создал по предложению нынешнего начальника ГУ МВД Михаила Бородина. Теперь уже второй год прихожу каждый день к 9 часам сюда, в кабинет председателя совета ветеранов. Наша ветеранская группа уже есть в сети «В контакте». Публикуем все новости и анонсы, набираем подписчиков. Процесс идет. Также я в жизни никому не завидовал. И старался относиться спокойно, с пониманием к тем, кто по разным причинам сошел с прямой дороги. Кроме того, я никогда не считал и не называл врагами всех, кто не согласен с «генеральной линией». И убежден, что без здоровой конструктивной оппозиции любое общество обречено на гибель. Гнобить оппозиционера – значит, сделать его врагом общества на все времена. Всегда старался уважать своего оппонента. И если ты не можешь доказать ему, что он не прав, то ты – плохой руководитель.

 Что вы сейчас читаете?

– Книги по истории Воронежского края. Привожу каждый раз новую из своих поездок по районам области. Документальная и научная литература меня затянула благодаря дочери. Она когда-то хотела стать журналистом, но увлеклась психологией и регулярно привозит мне научные книги. А вот к художественной литературе с возрастом охладел. Беру в руки какой-нибудь роман и думаю – ну а что нового я для себя почерпну? Смотришь на все эти захватывающие сюжеты и понимаешь: сама жизнь намного интереснее.

Справка «Горкома 36»

Виктор Ильич Тройнин родился 3 июня 1941 года в селе Хохол Воронежской области. Трудовой стаж начал с работы токарем на воронежских предприятиях. Закончил юридический факультет ВГУ. С 1970 года прошел путь от рядового следователя до начальника Управления внутренних дел Воронежской области. Имеет более двадцати государственных и ведомственных наград. Профессор, Заслуженный юрист РФ. 

ЧИТАЙТЕ ЕЩЁ