Свежие новости
Все новости
Пробки



Александр Панкратов-Черный: «Пыль с воронежского телевизора вытираю собственноручно»

30.01.2017, 16:18

Вчера в Воронежском концертном зале с аншлагом прошел спектакль «Заложники любви», поставленный по пьесе Натальи Демчик режиссером Геннадием Шапошниковым. Лирическую комедию перед воронежцами разыграли народный артист России Александр Панкратов-Черный, народная артистка РФ Наталия Егорова, а также известные актеры Андрей Харитонов («Овод», «Ассоль», «Человек невидимка») и Светлана Тома («Табор уходит в небо», «Мой ласковый и нежный зверь», «Поезд до Бруклина», «Воровка»).

Спектакль, повествующий о деловой предновогодней встрече главной героини Екатерины Ивановны ( Наталия Егорова) и американского рекламного агента Скотта Русецки (Андрей Харитонов), которые влюбляются друг в друга с первого взгляда, пришелся воронежцам по душе. Не обошлось в постановке и без интриги. Пока возлюбленные спорят, где они будут жить, когда узаконят свои отношения - в Америке или в России (каждый кулик, как водится, хвалит свое болото), в их отношения начинают вмешиваться «гости из прошлого» - призраки их умерших супругов. Роль Деборы - покойной супруги Скотта блестяще исполнила Светлана Тома, а роль Григория (мужа Екатерины Ивановны) - искрометный Александр Панкратов-Черный. Ревность, прошлые обиды ... все вспоминается в эту безумную пьяную новогоднюю ночь. Под утро, когда гостям из потустороннего мира пора возвращаться, главные герои всерьез задумываются о том, как им выстроить отношения для того, чтобы прожить долгую и счастливую совместную жизнь...

«Звездная болезнь прошла мимо»

Во время интервью, которое состоялось перед спектаклем, мы поинтересовались мнением Александра Панкратова-Черного - почему, несмотря на то, что постановке уже много лет, она до сих пор пользуется таким успехом.

- Спектаклю действительно уже 15 лет, я был введен на эту роль после Игоря Бочкина. Мы ее играем с Борей Щербаковым - кто когда свободен. А почему спектакль так нравится людям? Он  о любви - и на том свете, и на земле. Людям это интересно. Сейчас мир несколько жесток, и как мне кажется, людям не хватает любви, тепла, каких-то человеческих чувств, юмора. Сегодня мало поводов для смеха и улыбок, а в нашей постановке все это присутствует...

- Александр Васильевич, вы хоть и нечастый гость в нашем городе, но мы знаем, что некая связь с Воронежем у вас есть - телевизор...

- Да, и он до сих пор работает! А дело было так - в конце 80-х - начале 90-х я несколько лет сидел без работы. Мне не давали снимать как режиссеру, актерских работ тоже не было. У меня даже собственной квартиры не было, шестнадцать с половиной лет болтался в Москве по съемным квартирам. И однажды я в одном интервью сказал такую фразу: «Да что там квартиры, у меня даже телевизора нет!» И через какое-то время мне из Воронежа присылают телевизор. Я обалдел! Эти люди даже не назвались, я по заводской упаковке понял, что это с какого-то воронежского завода. Этот телевизор сейчас у меня на даче стоит. Он для меня очень дорог, я даже пыль с него собственноручно вытираю - жене не доверяю!

- После картины «Мы из джаза» вы проснулись знаменитым. Вас тогда не захлестнула звездная болезнь?

- Нет, потому что я умный был. К сожалению, молодым это нечасто удается, звездная болезнь губит многих, увы... И моих друзей в том числе. Начинаешь давать им советы, не понимают... Это же такой переворот психики!

«Я давал автографы за Никиту Михалкова, а он за меня!»

- Вам понравился фильм Андрея Кончаловского «Рай», получивший премию «Золотой орел»? Сейчас все его усиленно обсуждают...

- «Рай» - очень серьезный фильм. Он выдвигался на «Оскар», но его быстро выбросили с американского конкурса. Думаю, что это продолжение тех санкций Запада и Европы против России. По-любому фильм Кончаловского заслуживает внимания не только простого зрителя, но и мастеров. Андрон Сергеевич - настоящий мастер.

- В свое время вы снялись в его «Сибириаде», а почему потом он не предлагал вам ролей?

- Потом Андрон уехал за рубеж, долго жил во Франции, в Америке... Да и у меня началась другая жизнь. Он меня, кстати, приглашал вторым режиссером на фильм «Киномеханик», но я был занят в то время, и у меня не получилось. Мы очень дружим с Андроном, и я уважаю этого человека - и как художника, и как человека, и как гражданина России. Он потрясающий, и я считаю счастьем, что в моей судьбе встретился такой человек. Он мне очень помогал морально, нравственно и творчески...

- Вы как-то рассказывали, что вас часто путают с Никитой Михалковым...

- Было такое, но мы всегда к этому относились с юмором. Помню, Никита рассказывал мне один смешной случай, когда в поезде к нему в вагоне-ресторане подошел человек и попросил: «Александр, дай автограф!» -  «Какой Александр?» - «Как какой? Ты же Панкратов-Черный!» Михалков улыбнулся и на протянутой ему газетной вырезке с моей физиономией, написал: «Желаю счастья, Панкратов-Черный».

А у меня в Санкт-Петербурге была подобная история. Как-то я, Толя Ромашин и Боря Хмельницкий сидели в ресторане гостиницы «Советская» и к нам подошел человек - явно какой-то полярник. Сначала обратился ко мне: «Никита, распишись». И ресторанное меню нам протягивает... Я расписался, тоже пожелав удачи от лица Михалкова. Но на этом мужик не угомонился. Боря Хмельницкий с Толей Ромашином хохочут, а он обращается к Боре Хмельницкому: «И ты, Миша, поставь автограф!» С Боярским перепутал! Под дружный хохот поклонник отечественного кино получил и автограф «Боярского». А Ромашин впоследствии оказался Васей Лановым... Причем это не анекдот, история была на самом деле.

«ПЛОХИЕ  РОЛИ  УКОРАЧИВАЮТ ЖИЗНЕННОЕ  ПУТЕШЕСТВИЕ»

- Вас из-за внешнего сходства хотели взять на роль Паратова в «Жестоком романсе», которого сыграл в итоге Никита Михалков?

- Не знаю, чем руководствовался Эльдар Александрович Рязанов. Изначально Паратова вообще должен был играть Шакуров. Но Шакуров в то время получил в театре роль Сирано де Бержерака - роль, о которой всю жизнь мечтал. У Никиты тоже был очень плотный график, он должен был снимать «Очи черные» с Марчелло Мастроянни... И тогда Рязанов предложил попробовать мне. Когда мы сделали фотопробы и Эльдар «разложил пасьянс», он просто в голос захохотал. Потому что рядом с Алисой Бруновной Фрейндлих, с Алексеем Васильевичем Петренко, с Андреем Васильевичем Мягковым и даже с Виктором Проскуриным я выглядел мальчишкой. Даже с наклеенными бородой и усами. Рязанов сказал тогда: «Не Паратов! У тебя в глазах какой-то черт прыгает!» А потом Марчелло заболел, и Никита отодвинул сроки своих съемок, согласился и сыграл в «Жестоком романсе». Но Эльдар - человек суеверный, если он человека попробовал, он от него отказаться не может, обязательно в этом фильме его снимет. Поэтому он написал эту роль драгуна специально для меня. И я за это ему очень признателен – роль вроде неплохая.

- Вы много снимались и в хороших, и - как вы сами говорите - в проходных фильмах. Сейчас, оглядываясь назад, отказались бы от каких-то работ?

- Нет. Во-первых, я не люблю сидеть без работы - для меня это самоубийственно. Во-вторых, актерская профессия - подчинительная, не все зависит от нас - артистов. Когда берешься, ты в этой роли все равно что-то видишь, что-то для себя находишь... А потом оказывается, что режиссер с этим не смог совладать - что-то вырезал, что-то подрезал... И ты смотришь картину и думаешь: «Батюшки мои! Зачем?» Фаина Георгиевна Раневская всегда на этот счет говорила: «Да, роль не удалась, не получилась, но ведь это твое дитя! Родил-то ты. Да, получился инвалид, но это твой родной ребенок!» Поэтому отрекаться ни от чего не надо. Многие артисты говорят: «Ой, мне стыдно за эту роль!» Мне не стыдно! Да, бывают неудачи. Но это жизнь такая - то черные полосы, то белые. С этим надо примириться и терпеть. Другое дело, что это укорачивает твое жизненное путешествие, так как влияет на сердце, на нервы...

- А помните свое самое большое разочарование в кино?

- Я старюсь не запоминать и не вспоминать - это всегда больно. Неудач было много, к сожалению...

«Моих советов сын не слушает»

- Александр Васильевич, а вы своему сыну даете советы? Он ведь у вас тоже человек творческий...

- Да, закончил режиссерский, снял дипломный фильм... У Володи Хотиненко учился. Моих советов сын не слушает. Принес мне почитать гениальный сценарий, а я, дурак, дал ему два совета. Так сын на моих глазах разорвал его и выбросил. Не любит советов. Сказал : «Пусть будет хуже, но это мое!» Вот такой принципиальный у меня мальчик. Ну, как мальчик... 36 лет уже.

- Когда-то вам Павел Глоба предсказал историю с автокатастрофой. Сейчас не обращаетесь к нему за прогнозами?

- Тогда Глоба предсказал, что мы умрем в один день с Игорем Тальковым. В итоге Тальков умер, а я в этот день попал в автокатастрофу и чудом выжил. Поэтому Павлу Глоба я верю. Кстати, спустя много лет после той катастрофы я сломал ногу. И вскоре меня пригласили на программу Олега Марусева «Под знаком Зодиака». Я начал отказываться, мол, как - гипс же. На что мне ответили: «Ничего! Мы его под столом спрячем». И вот сидим мы - я, Этуш, Юрий Владимирович Никулин... И входит Пашка Глоба. А у него рука в гипсе. Я смеюсь: «О, словоблуд идет... Кто ж ему крыло-то переломил?» Глоба сел за стол, не видя, что я в гипсе, и рассказывает: «Я Рак по гороскопу, а в этом месяце Ракам надо беречь клешни... Я ж на ровном месте упал и сломал руку!» А я сижу и думаю: «А ведь я тоже Рак. и тоже на ровном месте... Только ногу...» Так что, ребята, случайностей не бывает.

Автор: Марина Хоружая
Смотреть все статьи
Читайте также:
Для воронежских пациентов с коронавирусом развернули еще 815 коек
Подробно
Фотограф: