24 Августа
четверг
$   59.13
€  69.56
 °C
weather

Ветер: , м/сек.
Давление: мм.рт.ст.
Влажность: %
История Воронежа
История Воронежа
ТОП новостей
ТОП новостей
Друзья города
Друзья города

Огонь – не игрушка: пожарный с 40-летним стажем о нелегкой профессии, мужских слезах и ценности жизни

30.04.2017, 12:50
403
Огонь – не игрушка: пожарный с 40-летним стажем о нелегкой профессии, мужских слезах и ценности жизни

Наверное, каждый мальчишка в детстве хотел стать пожарным или спасателем. Но Игорь Влазнев, который сегодня руководит Государственной противопожарной службой Воронежской области, об этом не мечтал. Он с рождения знал, что посвятит свою жизнь этой работе. Как так получилось, «Горком36» узнал у Игоря Владимировича в День пожарной охраны, который празднуется сегодня, 30 апреля.

Боевое крещение

– А как иначе? Я же родился в пожарной части! – шутит мой собеседник.

И добавляет:

– Отец был пожарным, жили мы в Харькове при части. Все, что там происходило, я наблюдал лично. Когда подрос, участвовал в юной добровольной пожарной дружине, даже какие-то места занимал по прикладному спорту. А в 17 лет поступил в Харьковское пожарно-техническое училище МВД, где стал осваивать профессию.

И принимать участие в тушении первых пожаров. В начале, конечно, «рядовых» и подконтрольных. Игорь Владимирович рассказывает, что «зеленого бойца» всегда страхует товарищ постарше.

– Первый пожар – наше боевое крещение. Когда понимаешь, что это не игра, не сцена из фильма, а реальная жизнь! Хоть ты молодой, хоть уже на деле собаку съел, должен всегда думать о личной безопасности, – объясняет Влазнев. – Пожарный, спасая человека из огня, должен проложить тропинку к погорельцу, а потом беспрепятственно покинуть зону пожара вместе с пострадавшим. Если пожарный знает, как спасти себя, тогда и погорелец останется жив.

Правда, разработать алгоритм действий на любой случай не получится. Траекторию движения приходится рассчитывать на месте, причем никто не застрахован от несчастных случаев.

– Недавно был рядовой пожар: горел сарай. Но на нем пострадали два моих опытных товарища. В сарае взорвался газовый баллон, о том, что он там находился, не знал даже хозяин помещения, – привел пример Игорь Владимирович.

Начало карьеры

После завершения учебы в Харьковском училище в 1978 году Влазневу предложили по распределению несколько точек – Приморский край, Москву, пару-тройку украинских городов на западе республики и Воронеж. Так как родного города в списке не было, а до этого студент бывал на практике в Воронежской области, где, кстати, повстречал будущую супругу, Игорь Владимирович решил перебраться в воронежский гарнизон пожарной охраны, где ему предложили Эртильский район.

– Я никогда не жил в деревне, поэтому даже не знал, как топят печку. А мы с молодой супругой сняли в этом городке квартирку, где с одной стороны времянки жил бычок, с другой – козы, – вспоминает Влазнев. – Жили мы при небольшой зарплате и отсутствии у жены работы хорошо. Был у нас и приемник "Рекорд", и диван, и стол. Было достаточно.

Только нечасто бывал Игорь дома. Как молодому сотруднику инспектировать ему довелось самые отдаленные села в районе – Битюг-Матреновку, Ячейку, Самовец, Щучье.

– А тогда населенные пункты отрабатывались от и до: и магазины, и клубы, и школы, и жилые дома. Одного дня не хватало, чтобы разом проверить соответствие учреждений пожарным требованиям. Приходилось у главы поселения ночевать, есть у какой-нибудь доброй старушки, а домой возвращаться через неделю с обратом…

В то время пожарная служба тесно взаимодействовала с МВД, в обязанности пожарного входили не только тушение пожаров и их профилактика, но и дежурство с сотрудниками милиции.

На памяти Игоря Влазнева был в Эртиле крупный пожар – горела свиноферма.

– Это большое горе для целого села. Вывести с пожара корову или лошадку можно, взял за поводок и тяни, а свиноматку – нет. Она не уйдет без детенышей. А малыши будут бегать вокруг, в кучу их не соберешь, – вздыхает пожарный. – Когда погибает на твоих глазах 200 голов молодняка и 80 свиноматок и ты ничего сделать не можешь, больно.

Вверх по лестнице

Трудясь в Эртиле, Влазнев понял, что занимается многопрофильной работой, и высшее образование ему не повредит. Он поступил в политех (ныне ВГТУ – авт.) на направление «Энергобезопасность».

– Более 50% пожаров случаются из-за неправильного обращения с электроприборами, – поясняет специалист.

Через год работы Игорь Владимирович был направлен на работу в Семилукский район на должность замначальника отдела противопожарной службы.

– Семилукский район – особенный, располагается рядом с городом. Люди переезжают, бросают родные дома или используют их под дачу. В эти годы тут и полноценной пожарной части не было, техники не хватало. Гнать машину из города в село было нецелесообразно, она не успевала доехать. Мне пришлось создавать тут новый тип пожарной охраны – межколхозные пожарные команды. Их профессионально «подтянули», ситуация в районе выровнялась.

В Семилуках в начале 80-х было много крупных предприятий, социальных объектов. Немало важных учреждений располагалось в отдаленных селах. Все они находились в ведомстве Игоря Владимировича, он проверял их на требования безопасности и выдавал предписания. За невыполнение– штраф. Пожарного ждали, его боялись. Сейчас – иначе.

– В стране развивается малый бизнес. Допускаются большие ляпы при строительстве. Раньше при отводе земли под постройку, пожарные решали, какие моменты нужно прописать в проектной документации. Сейчас этого нет, – огорчается собеседник. – Более 100 объектов могу насчитать в Воронеже, которые построены с грубейшими нарушениями пожарной безопасности, и в случае возгорания пожарная техника туда не сможет даже подъехать.

В 1983 году Влазнева направили в 6-ю противопожарную часть Коминтерновского района: 350 тыс. жителей, заводы-гиганты – Коминтерна, Станкостроительный, Электросигнал, ТМП, Радиозавод – а также областная клиническая больница, аэропорт. Да и здесь приходилось не только в «поле» выезжать, но и заниматься проверками.

– Помню, одну только больницу проверял целый месяц! – вспоминает Влазнев. – Все подвалы, подсобные помещения, чердаки, операционные облазил. Где надо, переодевался в медицинскую одежду, в других местах – в грязные вещи, в подвальных помещениях ползал с фонариком.

Но самый сложный технологический объект на этом участке – все-таки аэропорт. Не один раз довелось участвовать Влазневу в аварийных посадках самолетов.

–Помню, сажали самолет «Москва – Тбилиси». Сообщили: полная разгерметизация, разрыв двигателя на высоте десяти тыс. метров. Самолет быстро потерял высоту до четырех тысяч. Мы выстроили 12 машин на посадочной полосе, разработали план защиты и эвакуации людей. Кое-как самолет сел. Не забуду это зрелище: шасси оторвано, у пассажиров кровь из ушей, в окна никто не смотрит – боятся. Бортмеханик-грузин вышел из самолета белый-белый, перекрестился и сказал: «Слава Богу, приземлились».

О пожаре 2010 года

Но это не единственная жуткая история в практике Игоря Влазнева. Еще он всегда вспоминает, как все силы стянулись на тушение «огненного кольца» недалеко от Воронежа. Ему довелось работать на пожарах в Масловке.

– Никогда я не видел таких страшных пожаров и, думаю, никогда больше не увижу. Помню, в тот день заместитель губернатора вручил моему товарищу погоны полковника, и тут же был объявлен пожар №3. Кольцо черного дыма подступало к Воронежу, люди паниковали, – переживает, будто это было вчера, Алазнев. – Самая тяжелая ситуация складывалась в населенном пункте, в Масловке, в восьмой городской больнице, которая полностью находится в лесу, и на Кожевенном кордоне, в районе которого расположены детские оздоровительные лагеря. Силы были направлены на спасение населения в места скопления людей. Главной задачей пожарных было не допустить гибели граждан. Одной из самых тяжелых работ стала эвакуация больных из здания горбольницы.

К сожалению, отмечает пожарный, за последние годы в городе появились высотныездания, в которых на верхних этажах пожарным работать нечем. Нет семидесятиметровых автолесниц и коленчатых подъемников. Существующая пожарная техника может работать только на 16-м этаже, а в Воронеже активно «растут» 20-этажки.

– Хотелось бы, чтобы городские власти уделили этой проблеме необходимое внимание, – замечает специалист.

Игорь Владимирович задумчиво говорит, что пожар 2010 года научил сотрудников МЧС многому: теперь пожарные готовы к слаженной работе во время настоящих огненных бедствий. Этот печальный опыт они не забудут. Хотя крики детей и слезы женщин им очень хочется забыть.

– Действительно было страшно. Даже вдвойне. Как раз перед этим я потерял одну машину. Думал, с людьми. В районе Хренового горел кордон, ребята поехали тушить, и попали в огненное кольцо. Ориентир в дыму потерялся, колеса на машине загорелись. Они попытались тушить их – не получились, сами могли сгореть…

– И как выбрались? – спрашиваю.

– Упали на землю, прикрыли друг друга боевками – в буквальном смысле пропустили огонь через себя. Водитель как-то выбрался. Я его первого и нашел. Спрашиваю: «Где ребята?» А он, здоровый мужик, плачет и говорит: «Не знаю, Игорь Владимирович. А я машину не сберег». Я дошел потом до нее: вода кипит, вместо двигателя – кусок алюминия в песке. Хотя тогда это было абсолютно неважно, главное сами живые остались.

О тяжелом «спасибо»

Супруга, говорит Игорь Владимирович, каждый раз переживает за него, но все понимает. Довелось пару раз с мужем на пожарах бывать – видела, как люди кричат и плачут. Знает, какая это нервная работа. Причем за нее, объясняет Влазнев, редко кто скажет «спасибо».

– Люди в стрессе. И то, что они не благодарят за свою спасенную жизнь, нормально.

Хотя иногда не то что «спасибо» не скажут, а и в суд подадут. Такие истории в практике нашего героя тоже есть. Правда, связаны они не с пожарами, а с «параллельной работой».

– Часто приходится выезжать на ДТП. Приезжаешь – машина всмятку, человек внутри. Как достать его оттуда? У него могут быть переломы, может быть поврежден позвоночник. Кто его должен извлекать из транспорта? Полиция этого делать не может, у медиков установка – оказывать помощь после того, как пострадавшего извлекут. Мы тоже, вроде бы, не должны. Ни в одном законе, ни в одной инструкции это не прописано. Но мы это делаем. Берем на себя ответственность. И иногда нам это выходит боком, – вздыхает Игорь Владимирович. – На левом берегу парень попал в ДТП, его в машине зажало, он потерял сознание. Чтобы его достать из транспорта, нам пришлось срезать крышу. К счастью, парень не сильно пострадал. Но когда его грузили в «скорую», он очнулся, увидел, что мы сделали с машиной, начал ругаться и подал на нас потом в суд. И был прав. Разрешения его мы не спрашивали.

«Не могу иначе»

Также долгие годы Влазнев трудился в управлении пожаротушения, а с 1995 года работает начальником областного управления противопожарной службы. И, несмотря на то, что занимает руководящую должность, по большей части административную, на пожары все равно выезжает.

– А как иначе? – снова обращается ко мне собеседник. – По-другому не могу, ведь наша служба создана для защиты людей от чрезвычайных ситуаций.

Фото из личного архива 


Все материалы автора в рубрике "Общество"

Все материалы автора в жанре "Интервью"